Розстріляне Відродження

Иду я полем, полем,
Ржаною волей…

Форштевень парохода высекает
Зелёноватые фосфоресцирующие искры,
Закутывающиеся моментально
В бело-молочную морскую пену…

Да, друг мой дорогой, ведь любим мы одно:
Поэзии давнишней зрелое вино,
Мёд пчёл аттических, журчание касталий.
Пусть старцы хилые всё плачутся, мол, “жаль им”…

В столице мировой, на торжище идей,
В музеях, портиках и в сумерках аллей
Александрийских муз потомки – ловки, прытки –
Они роились там, поэты и пиитки…

Как тихо тут: земля и солнце!
Уже лещина распустила
Свои светильники-серёжки.
Хохлатка хрупкая цветёт…