Спросила: – Сынок, почему ты замолк? –
Нет слов
И ответить нет мочи.
– На север,
На запад,
На юг,
На восток,
Над трупами выклики волчьи!
И веки бессильно падут на глаза,
К рукам льнут усталые губы…
А вижу –
Бескрайня, кровава стезя…
И трупы!
И трупы…
– Ох, мама! Кто зрение мне подменил? –
Улыбка – нельзя же иначе…
Сама же идёт средь непаханных нив –
И плачет…
Грядущая даль! Окровавленный миг
Какою ты рожью засеешь?
…Ох, мама! Зачем же так сердце щемит –
И ты не согреешь!
2026.03.26
—
Ещё один из тех, кто стал Расстрелянным Возрождением. Евген Плужник (я понимаю, что по-русски его писали Евгением, но видится мне в том изрядная имперскость. Шандора Петёфи мы же “Александром” не пишем или там Михая Эминеску – “Михаилом”?) – украинский поэт, драматург, переводчик. В 1934 году был арестован НКВД, приговорён к расстрелу (вместе с Кулишом, Пидмогильным и другими украинскими писателями), потом приговор был заменён на лагерь, где в 1936 году Евген и умер от туберкулёза. Его последними словами была фраза “Я умоюсь, вспомню Днепр и умру”.
—
Оригинал (автор – Евген Плужник):
Питалась ласкаво
Питалась ласкаво: – Чом, синку, ти зблід? –
А слів не знайшов
І промовчав.
– На північ,
На південь,
На захід,
На схід
Над трупами вигуки вовчі!
Безсило повіки на очі впадуть, –
Старечі до рук моїх губи…
А бачу –
Безкрая скривавлена путь…
І трупи!
І трупи…
– Матусю! Хто очі мені замінив? –
Всміхнеться, щоб сліз не побачив…
Сама – до вікна, до неораних нив –
І плаче…
Далеке майбутнє! Скривавлену мить
Якими житами засієш?
…Ой, мамо! Чого це так серце болить,
Що й ти не зігрієш!