Czesław Miłosz

Смерть человека похожа на упадок могучей державы:
И отважная армия там была, и вожди, и пророки,
Процветали порты, корабли ходили по всем морям-океанам;
А сейчас – никому не придёт на помощь, не подпишет ни с кем договора…

И всё же ты на себе испытал адское пламя.
Ты мог бы даже сказать, какое оно и вправду…

А когда восходит солнце –
глупость каждую и каждую вину освещает:
спрятаны в уголках памяти укромных,
днём их не увидеть…

Только книги будут на полках, подлинные создания.
Они появились однажды, свежие, ещё влажные,
Как сияющие каштаны под деревом осенью:
Их касались и гладили – и они существуют…

Орша – станция злая. В Орше поезд может стоять и сутки.
Может быть, в той Орше и потерялся я, шестилетний,
И поезд репатриантов уехал, меня оставив…

Тайна каждой жизни
в чёрном сундуке на замок цифровой закрытом
оплетённом корнями дуба…

Да будет благословенна
Изломанная жизнь наша
Чтобы осталась радость
Где нет для неё причины

Старость его пришлась на урожайные годы.
Не было землетрясений, засух и наводнений.
Казалось, сезоны сменяли друг друга, как и должны бы,
И звёзды горели ярче, и солнце ясней светило…

День такой счастливый,
Туман рассеялся рано, я работал в саду…

Что видел я огромным – стало малым.
Поблекли царства, как медяк примёрзший…