По ту сторону

Черепам колыбельную песенку я пою,
Повторяю: “Я знаю, что было больно вам,
Что вас убили несправедливо”…

А мёртвых нету. К тому же
Их глазницы пусты.
Им точно никто не нужен.
Да, особенно ты…

Первый конь скопытился, второго время пришло,
На календаре застыло число,
Вплавленное в календаре, как в янтаре.
Нужен заслон огня. Противопал. Надо гореть…

В музее машины старые – как позабытые куклы:
Они улыбаются, кокетничают, смешно надувают губки,
Они подчёркивают косметикой – уже немодной – скулы,
Они доверчивы, забавны, наивны, хрупки…

кто время целовал в измученное темя
кто молча шёл за звуками простыми
нетронутыми чёрными листами…

А на свете том, говорят, на стороне иной,
Продолжается уже известное. Живёшь в жаре – и там будет зной…

Не проси живого блеска ты у мёртвой воды –
Она течёт по местам бессолнечным, прошлого сращивая следы…

Деда, как же мне повезло, что успела тебя узнать,
Что успела хоть чему-то у тебя научиться:
Прошлое не затянула безмолвная белизна
Равномерного ничего, без имён и чисел…

Кентавры уводят рыб за собой
по золотым волнам.
Рыбы забирают прибой,
кентавры специализируются по снам.
“Спасибо за рыбу”, – кентаврам сны говорят…