Минотавр задумчиво перелистывает альбомы с картами лабиринтов:
До чего же красиво издано – умеют, когда хотят. Проходит за часом час,
Аккуратные линии образуют успокаивающий, знакомый ритм:
Здесь вот можно устроить лежбище, здесь – удобный очаг…
Машинально отмечая качество бумаги и полноцветной печати,
Получеловек на всё это смотрит скорей по привычке, чем для какой нужды:
Не в дизайне интерьеров счастье, Минотавр и сам здесь – всего лишь отчасти,
А над миской с едой поднимается ароматный пар, а над всей его жизнью – дым.
Чтоб прийти в себя, Минотавр проводит рукой по боку котла, по обжигающей меди.
Он не чувствует боли, не удивляется этому, усмехается коротко и молчит,
И губу прокусывает незаметно, и зажмуривается, и медлит,
А потом он выйдет из уютной тьмы под пылающие солнечные лучи.
Да какое там похищение, что за варварство, вы там рехнулись, что ли,
Нет, её совсем не зовут Европой, и отнюдь не кличут Зевсом его,
Но хоть подойти, посмотреть в глаза и ставшие комом в горле слова отпустить на волю…
А потом его, наверно, убьют. Ибо в мифах редко предусмотрено волшебство.
2024.01.13