Помню: открывали границы, публиковали архивы. Тогда звенели слова,
И за правдою сила была. Или виделась. Ну, допустим, что сила.
…Только нынче – выросла в мир, где убить оказалось достойней, чем не убивать.
И не то чтоб того хотела. И не то чтоб меня спросили.
И воплощённой памяти нет – всё изломано, унесено,
И в волнах времени не разглядеть прапрадедовской карабелы,
Смотришь на то, что, горя и горча, ближе, ближе подходит вновь,
И понимаешь, что ты – не то: недальновидней, слабее.
Не сказать чтобы до рассвета – ещё и до полуночи далеко,
Что можешь – делаешь, точно не всё, себя подбадривая и проклиная,
И повторяешь, к холодной стене прижавшись пульсирующим виском:
– За правдою – сила. Точно она.
– А хватит?
– Должно. Не знаю.
2024.01.09