Рассказчик:
– О, ночь бесплодных томлений, она тянется так бесконечно, –
Не наступает назначенный час, благословенное “завтра”.
Вот и заснул, кто смотрел в темноту, вот проснулся опять он:
Явь, или сон, или явь, или сон, – одинок он среди повторений.
Даже звезда с ночной высоты даровала ему милосердье –
Плачет о нём, роняет лучи. На звезду он глядит неотрывно –
Сердце ему отяготила неутолимою жаждой
Девушка из благородного рода с ликом нежной газели.
Места себе он не находит – и от любовных терзаний,
И от того, что для казни, изгнанья – хватит любого доноса.
Девушка:
– Сделала я ловушку из глаз моих – вот он в неё и попался,
Крепко он спал – и застигнут врасплох силой превосходящей,
Как это странно, как неожиданно: я – и впрямь тот охотник,
Кто в крепкие уловил силки юношу в лёгких одеждах,
Я – искушающий идол, что встал у него на дороге,
Я – и причина боли его, и воплощенье соблазна,
Как удивительно мне про себя осознавать всё это…
Нравится мне он – но я ему никогда не буду служанкой.
Вот он кричит от мучений, потом вино глотает поспешно,
И вино побеждает мгновенно, в голову ударяя,
Молнии мечет из глаз он теперь, гневаясь бесполезно,
Но ненадолго – и вот уже спит он сном беспробудным….
Проливается в нём влюблённая кровь напрасно – к чему страданья?
И так скажу я: о, горе тем, кто будет ему подобен!
Влюблённый:
– Нет, не на том ведь лежит вина, и грех не на том, кто убит был!
Ведь ни рука его, ни глаза смерти не причинили.
Это глаза твои кровь мою отрицают упрямо,
Но на щеках играет румянец – вот же она, улика!
Щеки твои признаются в том, что к пролитию крови причастны,
Не прикрывай же лукавых век, не помогут они в обмане!
Воистину, не ищу в тебе от гибели я спасенья,
И верю я, что губишь меня без умысла, ненароком.
Во имя всего святого, даруй сон, что страсть успокоит,
И, может быть, придумаешь ты, как сделать меня счастливым?
Не повредит ведь вправду тебе, если ты исцелишь страданье
Влюблённого страстно – он ниже тебя и ныне с тобой не рядом,
Но страсть к тебе не даёт ему ни единого сделать вдоха,
Не оставляет она ему живого места на теле…
Так что плачет о нём пусть лютня его, к тебе печально взывая, –
Ведь завтра подлежит он суду, коль повезёт – послезавтра,
И есть ли взгляд, что возьмёт он с собой? Брось же хоть взгляд единый…
Рассказчик:
– О, жарко влюблённые, нам – восток, где заря загорелась,
Слезами наполним мы русла рек, что давно пересохли,
И страстно жаждет любящий встреч, грядущему дню доверяясь,
Но время – мутный, бурный поток – уносит его всё дальше.
О, сколь же сладко, прекрасно сколь с любимой соединенье,
И если бы не эти часы – был бы удел беспросветен.
Будет разлука, будет изгнанье – мрачные тучи сгустятся.
В сердце моём как тебя укрыть, как уберечь тебя мне?
Не обижаюсь ни на кого – любовь прощает всех близких,
И лишь несправедливость других душу порою ранит.
2024.04.01