Доктор, у меня болит, и болит, и болит Иран.
Тут все шуточки про Гондурас, сама себе говорю, мол, Гренада сран-
ая, ай, а как он болит, медленно истекает кровью внутри,
говорит: “Смотри”, а я смотрю, а не умолкает: “Смотри, смотри,
как в былое время захлёбывались и обращались пеплом, когда
Балх, Кёнеургенч, и Самарканд, и Мерв, и Багдад.
Сколько в Мерве было мертво, когда разрушили Мерв?
В двадцать раз поболе того”. Я усмехаюсь нерв-
но: “Но, – возражаю, и слова засыхают в губах, ибо явно фальшь, –
двадцать первый век, Гуманизм, Просвещение, как там даль-
ше…” Шелестит солёными песками история. Впереди виднеется мгла.
Сохранится ли искра нашего света – ведь уже неоднократно смогла?
2026.01.26