* * *
Я, всего лишь начинка телесного пирожка,
Наблюдаю чуть удивлённо – вот ведь луковица, а вот рука,
Рассекающая слои мироздания, где жила,
Не успев шелуху раздвинуть, зелёная отчётливая стрела.
Так же в детской больнице хирург надо мной стоял,
Поворачивая скальпель, кроя бракованный матерьял,
Багровеющий на разрезах; извлекая неправильность ту,
Что тащила меня в избавленье от боли – бессмысленную черноту.
Я была в клинической смерти – там точно нет ничего,
Что упоминанья бы заслужило, существующего, своего:
Воплощённое отрицание, отсутствие, сгущёнка из “никогда”,
Прогибающаяся под шестом водомерки-Харона вода.
2005.05.12