* * *
А ночами в Питере покачиваются, в прожилках извилистых, фонари,
Шепчут: погляди вослед другим, что за ними, да сама назад не смотри,
Вон горгульи слетают с Исаакия, лица каменные… поправляешь – “ангелы”? Ну говори, говори.
Кто там крыльями хлопает в подворотне – конечно, на верёвке повешенное бельё,
И от алых-алых штор горячо в окне, аспириновое ознобное забытьё,
У дворца Юсупова всё черней вода. Проходи, оно не твоё.
А ночами в Питере улицы улыбаются, с рук на руки передают, мол, иди сюда,
За ступеньками будет горячий ароматный кофе и витражная радужная слюда,
Будет ласкова к тебе несмертная эта призрачная орда,
И покачиваясь на осенних шёлковых листьях, зимней манке, осколках летних зеркал,
Ты забудешь позже, кого любил, и найдёшь не то, что искал,
И расплатишься, глядя уже сквозь ладони, и, неловкий, всё же не разобьёшь бокал.
2007.04.05