А если спросят: “Ну как дела?” – не найду я в кармане слов.
Я тупо ищу пятый угол в кристалле из ста двадцати углов.
Дома откроешь кран, и нет горячей воды – кстати, кончилось и вино.
Это такой специальный блюз для тех, кому всё равно,
Кому уже всё равно.
Каждая мышца от напряженья, попробуй лишь шевельнуться, вмиг сорвётся на мат.
Голова раскалывается. Если верить зеркалу, выгляжу, как сказала бы мать:
“Словно избил ревнивый муж”, – да нет, тогда и у меня болели бы кулаки.
Это такой специальный блюз для тех, кому жизнь целует виски,
И смерть целует виски.
Мне доказали, что каждый шаг – неверен. Молча сижу у стены.
Закрыть бы глаза, рот и уши, да рук не хватит – так не хватает одной струны.
Нету также и бюста Паллады, с него слишком удобно кричать: “Никогда!”.
Это такой специальный блюз для тех, по чью душу пришли холода,
По чью душу пришли холода.
Ты скажешь: “Так жить нельзя”, будешь прав, – но и дохнуть тоже нельзя.
Иди курить на балкон – там золотые закаты вечерами слепят глаза.
В банке на подоконнике что-то загнулось, но лезут ввысь сорняки.
Это такой специальный блюз для тех, кому жизнь целует виски,
И смерть целует виски.
Похоже, тупик, окончанье дороги – ну ладно, закончу блюз.
Взгляни: по проспекту какой-то Долорес ползёт очевидный плюс.
Таков мой прогноз на ближайшее будущее, а там посмотрим. Но
Это такой специальный блюз для тех, кому всё равно,
Кому уже всё равно.
2007.04.10