В купейных вагонах редко знакомишься – рассечённость пространства
Панибратству противоречит. Тем паче – верхняя полка в билете:
Всегда претило «не-уступите-ли-даме-место» – а порой разговор минутный
Воспринимают как провокацию вежливые джентльмены. Потом же
И не объяснишь, что не напрашивалась. Третий
В нашем купе был из таких: грустней и тоньше,
Чем положено людям в костюмах. Кожаный портфель оставил в углу,
И ушёл в тамбур, с мобильником и сигаретами.
Не было его долго, почти до следующей станции.
Наверное, изрядно замёрз.
Проводник уже закончил возиться с билетами
И дребезжащий чай разнёс.
Потом попутчик вернулся (подъезжали к Борисову),
Почему-то извинился перед нами,
Сказал, что срочно вызвали по работе, надо вернуться,
Вот ведь, не получилось прокатиться в Питер.
Развёл руками, то ли оправдываясь временами,
То ли жалея, что не надел свитер.
Он, улыбнувшись смущённо («так уж вышло, вот как бывает»),
На ходу завязывал шарф, уже направляясь к вокзалу.
«Лишь бы какая-то ерунда, лишь бы не арестовали», –
Вдруг подумалось зябко и колко.
Посмотрела вслед. Подошла к проводнику и сказала:
«Можно я перелягу на нижнюю полку?»
2005.02.25