Завещание имама аш-Шафии
В этот день к тебе с тоскою, всеблагой, обращаюсь я,
О Господь всего сотворённого, грешны мои пути.
Но когда горизонты сузились, огрубела душа моя,
Создал ты надежду на то, что всё же меня простишь.
И сочёл я свои грехи, и в единый соединил их всех,
Но ведь твоему милосердию – и вовсе пределов нет.
У того, кто лишен прощения, никогда не исчезнет грех –
Прояви же благую сущность, будь великодушен ко мне.
Коль не ты, то кто устоял бы пред соблазнами на краю?
И ведь как бы мог Сияющий искушеньем Адама зажечь?
О если б, ведомый поэзией, оказался бы я в раю…
Но слабы мы, а что до поэта – его покаянна речь.
И печаль есть обитель знаний, напоминающая тюрьму,
Источают веки такое горе – струится кровь по щекам.
А поэт существует там, где ночь свою распростёрла тьму,
И объят он сильнейшим ужасом, и гибель к нему близка.
Лишь когда вспоминает о боге – красноречие снова с ним,
В остальном же, как варвар дикий, пребывает в дыму и огне,
Вспоминает минувшей юности навсегда ушедшие дни,
Где казалось, что нет невежества, и греха в этом тоже нет.
Так что был он и другом, и спутником на протяжении дня,
Брат бессонницы, тайных сговоров посреди ночной темноты.
Говорил: “Любимый, ты сам – желание, искушение для меня,
И чтоб счастлив я стал, достаточно того, чем владеешь ты”.
Но не ты ли дарил мне милости, ни единой не упустив,
И не от тебя ли путь прямой и хлеб в ладонях моих?
О, укутай своим сиянием, прегрешенья мои простив,
И сокрыв проступки постыдные, и то, что питало их.
Превозмог меня грех многократно, так что в нём я закоренел.
Знаю, что своими делами благодати твоей не стяжал.
Если, щедрый, меня одаришь ты в том, в чём прощенья нет,
Будет милость твоя – беззаконнику и приверженцу мятежа.
Если скажешь: “Тебе возмездие!” – будет приговор справедлив.
Но душой пребывая даже в аду – не отчаюсь я и тогда:
Все былые и нынешние вобрав, грех воистину стал велик,
Но снисходит воля твоя, что способна и от этого освобождать.
Мирозданье наполнено счастьем – ощущаю со всех сторон,
Заливает свет милосердного всё, от земли до небес,
Вот и в сердце моём блеск любви с сияньем этим соединён,
И уходит озноб лихорадки, и приходит благая весть.
И Аллах мне рассвет дарует, разлита эта радость вокруг,
И восходит во тьму могильную, где лишь звёзды есть да луна.
И любовь свою от осквернения защищаю как истинный друг,
И любви сохраняю верность, даже если сокрыта она.
В пробужденьи моём – томление, и надежда во сне для меня,
И дороге моей сопутствуют и пение, и восторг.
И кто ищет себе убежище – тот будет спасён от Огня,
И кто ввысь обращает голову – не пожалеет о том.
2025.02.08