Звали его тиктааликом. Он выползал на сушу.
Ему говорили: “Ты двинулся!” Он никого не слушал.
Или не говорили – или, допустим, пищали.
Он шевелил плавниками. Противно было вначале.
Солнце жгло ему кожу. Ветер сушил ему жабры.
Был тиктаалик упрямым. Себя ему не было жалко.
На берегу песчаном, среди подсохшего ила
Встретил он тиктаальку – и ей упрямства хватило:
Послать привычное – нафиг, покинуть родные воды,
На плавники неуклюже встав, обрести свободу.
Свободу смотреть на солнце не сквозь водяную толщу,
Свободу твёрдой опоры, и падать свободу – тоже.
И две сумасшедшие рыбы, чешуйчатые и нагие,
На суше занялись сексом – вот молодцы какие!
Мы смотрим на них в музее. Что вымерли предки – жалко:
Дедушка тиктаалик и бабушка тиктаалька.
2025.04.23
