Пишет стоик:
“Ты ко взгляду такому себя приучай, чтоб разъять приносящее радость,
Чтоб спокойно, несуетно не отличать самой долгой жизни от краткой,
Чтобы перед собою не видеть еды – только трупы птицы иль рыбы.
Скольких жизней чужих развеялся дым – что они уберечь могли бы?
Восторгается, кто умом невысок, исключительно ерундою:
Ведь вино есть лишь виноградный сок – преимуществ нет над водою;
Пурпур – шерсть овцы плюс улитки слизь; а соитье – спазмы и тренье.
На детали любую вещь раздели – их увидишь истинным зреньем.
Помни: ты проводишь всю свою жизнь в плену оболочки жалкой,
Посему от желаний ты откажись, от влечений сумей удержаться…”
Говорю:
“Я укрыта пледом овечьей шерсти, за тепло ему благодарна,
Винограда гроздь у меня в горсти, и просвечивает янтарно.
Может быть, оболочка моя и хвора, и жалка, уж точно – телесна,
И разъята она была, и не раз, и буквально – множеством лезвий,
Но ни грамма радости в темноте и под солнцем не уступлю я:
Мало что прекрасней слияния тел, и оргазма, и поцелуя,
Чтоб сердца стучали друг другу в такт, соприкоснулись ресницы…
А держу я себя перед болью – так, как другим не в силах присниться,
А умру – не оставлю ни дым, ни тень, обернусь и пылью, и глиной,
Но пока ловлю я сияющий день. Пусть же он окажется длинным!”
2025.03.29
—
*”Sunt enimvero sacra nostra alicui defendenda” – “Но ведь кто-то должен встать за наши святыни” (“Равенна”, Елена Михайлик)