…Тому що з часів дитинства була я негарна,
І у пору ту, коли фотокартка ще чогось вартувала,
На мене, само собою, ніхто не збиравсь тратити плівку.
І за десять класів одна лиш світлина на згадку лишилась.
Клас четвертий, лінійка шкільна, я там перша справа,
Однокласників два десятки і вчителька в центрі,
Протокольне фото, білий фартух і піонерський галстук,
Тому що треба, бо перше вересня, батьків запросили.
Батько знімав кілометрами свої гори –
А мені, звичайно ж, із горами годі рівнятись.
…Тому що з часів дитинства була я негарна,
Мати нагадувала мені про це щотижня, а то й частіше:
“Причешись акуратно, пристойно, хоч куди тобі там”,
“Ти знов у штани заправила блузку? З твоїм-то задом?”,
“Вдягай ось оце, воно хоча б непомітніше буде”,
“Виймай усе, ти скоро і так не влізеш у двері –
Так вона ще й кишені набила, ви гляньте тільки”,
“І в кого ти удалася така, дивитись – кара Божа”.
Я мовчала й понуро думала: “Я удалася в діда.
Піду до нього із книжкою. Він пише щось по роботі.
Просидіти в тиші – це щастя, хоч трохи посидіти в тиші».
…Тому що з часів дитинства – і до розриву,
І до виходу з бульбашки на холодне повітря ядуче,
І до того часу, як на мене поглянули інші,
Ті, кого наситили світлом, і хто ним ділився.
Поступово викривлене почало розпрямлятись.
Боязко, оглядаючись, з недовірою, віри не ймучи;
Пошматоване, стало потроху зцілятись:
Спочатку захисна плівка, потім вже нова шкіра;
В очікуванні ударів, в очікуванні відторгнень,
В очікуванні, що казка на скалки розлетиться, як завше.
Та дивились очима ясними ті, кому вірити можна,
І бачили інше. Не те, що з дитинства мені говорили.
Золоті слова яснооких я збирала, мов краплі бальзаму.
…Тому що з часів дитинства, тому що з часів дитинства, –
Не все змогло розрівнятись, не все зуміло зцілитись:
Занадто рано, занадто часто й занадто довго
Пробивали слова, ламали, різали, уражали,
Інколи й зараз ще долітає відлуння цієї фрази.
Набиваю кишені. Заправляю у джинси футболку
(Яскравіше колір… ще яскравіше… о, так чудово).
Йду до тих, хто мене не питає “за що”, а просто ділиться світлом.
2026.03.27
Перекладач – Олександр Каєнко
Оригінал:
Потому что с самого детства
…Потому что с самого детства я была некрасивой,
И во времена, когда фотография стоила хоть чего-то,
На меня, понятное дело, не стоило тратить плёнку.
И за десять классов школы одно отображение лишь осталось –
Класс четвёртый, линейка школьная, я там первая справа,
Одноклассников два десятка и учительница по центру,
Протокольное фото, белый фартук и пионерский галстук,
Потому что надо, первое сентября, родителей пригласили.
Километрами отец фотографировал горы –
Но куда уж мне сравниться с горами, оно конечно.
…Потому что с самого детства я была некрасивой,
Мать мне это напоминала минимум раз в неделю, а то ежедневно:
“Причешись аккуратно, и то поприличней, хотя куда там тебе-то”,
“Ты опять в штаны заправила блузку? С твоим-то задом?”,
“Надевай вот это, оно хотя бы понезаметней будет”,
“Вынь-ка всё, ты и так-то скоро не влезешь в двери –
Так ещё она набила карманы, вы посмотрите”,
“Да в кого ты вообще уродилась такая, смотреть – одно наказанье”.
Я молчала и мрачно думала: “Я уродилась в деда.
Почему-то ему нормально. Когда уже ты закончишь?
Я пойду к нему с книжкой. Он пишет что-то там по работе.
Будет тихо, счастье какое, на время хоть будет тихо”.
…Потому что с самого детства – и до разрыва,
И до выхода из пузыря, где холодный воздух отравлен,
И до времени, когда на меня смотрели уже другие,
Те, кого напитали светом, и кто делился светом.
Осторожно стало искривлённое выпрямляться –
Опасаясь, оглядываясь, не веря, веря не сразу;
Осторожно стало изодранное исцеляться:
Поначалу защитная корка, потом уже новая кожа;
Ожидая ударов, отторжения ожидая,
Ожидая, что сказка рухнет осколками, как иначе.
Но смотрели глазами ясными те, кому верить можно,
И иное видели. Иное, чем с детства мне говорили.
Собирала я золотые слова ясноглазых, бальзам драгоценный.
…Потому что с самого детства, потому что с самого детства, –
Выпрямиться не всё смогло, не всё смогло исцелиться:
Слишком рано, слишком часто и слишком долго
Пробивали слова, ломали, резали, уязвляли,
Слишком много “за что тебя любить?” приходилось слышать.
И сейчас иногда я слышу отзвуки этой фразы.
Набиваю карманы. В джинсы заправляю футболку
(Ярче цветом, ещё поярче… о, так годится).
К тем иду, кто не спрашивает “за что”, но просто делится светом.