* * *
Растворяется сахар в кромешной кофейной ночи,
И неслышные сливки клубятся во тьме, в глубине.
От прозрачного, лёгкого пара отчаянно сердце стучит,
И сгущёнка стекает на блюдце – лунатиком в трепетном сне.
Талейран говорил – кофе должен быть сладким, как грех.
От себя добавляю – беспечным, как Грека и рак.
Собирается пена в морщины – задумчивый грецкий орех.
Аромат свежесмолотых зёрен неслышно плывёт во вчера…