* * *
Не сердись на осколок стекла, что лукаво таился в траве.
Глянь: хоть ногу вспорол, кровью залит, а всё же блестит, изумруд.
Хочешь плакать – попробуй: тебе только слёзы позволят сиять
Здесь, где рыжие сосны, и солнечный день, и глубокий овраг.
Кровь свернётся, останется боль; не научат тебя ничему
Острогранный осколок судьбы и белёсый змеящийся шрам.
Под ногами по-прежнему будет пружинить окладистый мох
И, невидимый в тёмных смолистых ветвях, будет петь соловей.
Если слушать достаточно долго медовую влажную трель,
И щекой прижиматься к коре, все морщины её повторив,
Станет ясно – и звонко, и холодно в горле от ясности той:
Только кровью мы лесу запомнимся, кровью – и больше ничем.
2004.06.09