Вижу твоими глазами – и что ни взгляд, то символ, –
Тех, от кого в восхищённой улыбке губы немеют.
Я никогда не смогу быть настолько красивой –
Даже и рядом с ними не проявлюсь, не сумею.
Я ведь лишь рыба летучая, чешуйчатое подобье
Тех, кто на самом деле просторы воздушные покоряет.
По недоразуменью жива – на такое жалко и дроби,
Пусть её: так забавно корячится, копирует, повторяет.
И раздвигать плавниками теченье горькой настойки,
Биться – пока не прорвёшься – в сети, губительно-тесной…
Я никогда не смогу быть красивой настолько,
Да и вообще красоты не досталось мне, если честно.
Крылья – не крылья: перепонки, по живому взрезаемые ветрами –
Каждую косточку на излом, на разрыв проверят,
Холодом по глазам плеснут, солёной влагой на раны,
Хватит всего: и вокзальных ночей, и больничной тоски, и захлопнутой двери.
Сколько помню себя – смотрю вокруг, не ожидая чуда:
Если сумею мир изменить, то поживу, наверно.
Я никогда не буду красивой. Я никогда не буду… –
Как не случится лёгкой судьбы и смерти мгновенной.
2005.08.24